«Смерть на скорой»: Неотложка нуждается в срочной помощи — эксперты

«Смерть на скорой»: Неотложка нуждается в срочной помощи — эксперты

07.03.2019 Выкл. Автор Алексей

Очередная трагическая история взбудоражила СМИ: не дождавшись скорой помощи, скончалась молодая жительница Твери. О таких случаях нам всё чаще сообщает пресса, такими новостями пугают друг друга в соцсетях. Почему скорая перестаёт спасать людей? Главная проблема — в недофинансировании службы, уверен сопредседатель межрегионального профсоюза работников здравоохранения «Действие» Андрей Коновал.

Печальная история случилась в Твери 4 марта: у 22-летней жительницы Твери ночью случился настолько тяжёлый приступ астмы, что купировать его не помог даже ингалятор с лекарством. Мать девушки попыталась связаться с диспетчером скорой помощи, но в течение 4 минут на вызов никто не отвечал. Отчаявшись, женщина решила самостоятельно доставить дочь к врачам. Однако в такси по дороге в больницу девушка скончалась.

И этот случай совсем не единичный. В той же Твери год назад мужчина с приступом гипертонии ждал приезда неотложки в течение почти пяти часов.

В Санкт-Петербурге такие инциденты тоже не редкость. Пару лет назад к 34-летнему мужчине скорая все-таки приехала, но только после пятого вызова, однако помочь ему уже было нельзя: отец двоих детей скончался по дороге в больницу.

В Балтийске скончалась 23-летняя девушка: бригада медиков, приехавшая на первый вызов, так и не смогла улучшить состояние заболевшей, а после того как девушке стало ещё хуже, диспетчер сообщила, при прислать врачей не может — нет свободных машин.

В Прикамье к 32-летней умирающей жительнице городка Кизела скорая приехала только через два часа, на месте помочь не смогли и повезли в больницу, однако по дороге матери двоих детей не стало.

В Татарстане буквально на днях тоже произошёл странный случай: скорая помощь не смогла проехать к дому 66-летней женщины, живущей на краю деревни Биябаш Апастовского района, из-за неубранного снега. Врачи решили перестраховаться и попросили водителя трактора довезти больную до трассы в ковше.

Загрузка...

Таких историй, напоминающих вести с «фронта борьбы врачей с пациентами», можно вспомнить ещё немало. Но сколько ни рассказывай, это не даст ответа на главный вопрос: что происходит с российской неотложной медициной? Главная проблема — в недофинансировании службы скорой помощи, считает сопредседатель межрегионального профсоюза работников здравоохранения «Действие» Андрей Коновал.

По его словам, руководство служб нередко начинает экономить на персонале, сокращая медработников, а потом и на количестве бригад в целом. И такое происходит в стране повсеместно.

«Можно взять любую станцию скорой помощи в любом регионе страны, и, за редким исключением, мы увидим одну и ту же картину: значительная часть бригад не укомплектована надлежащим количеством медицинских работников. Их даже бригадой сложно назвать, потому что часто на вызов отправляется один сотрудник вместо положенных двух. Уже это неправильно, это противоречит Порядку оказания скорой медицинской помощи, утверждённому Минздравом РФ», — рассказал Коновал в беседе с Царьградом.

А в такой ситуации создаётся угроза жизни пациентов, ведь один врач неотложной скорой при необходимости не сможет в полном объёме провести реанимационные действия. Скажем, надо сделать непрямой массаж сердца с одновременным интубированием. Для этого нужны четыре руки, а не две. Конечно, общепрофильная бригада обычно ориентирована на неотложную помощь, но ситуации случаются разные.

К тому же есть тенденция и к сокращению реанимационных бригад. К примеру, в городе-миллионнике Уфе нередко такие бригады чуть ли не сутками мотаются по городу, не имея возможности просто заехать на подстанцию — на дежурстве по городу всего два реанимобиля. А в Ижевске с его населением в 700 тысяч человек реанимационная бригада одна, хотя ещё несколько лет назад в городе было 11 специализированных бригад — и педиатрические, и психиатрические, и даже акушерская.

При этом, согласно нормативам, введённым в прошлом году Минздравом, в городских условиях на каждую тысячу жителей должна быть одна бригада скорой помощи. Но требование это не соблюдается.

«А ведь именно такой норматив действовал еще в советское время. Считалось, что такое количество бригад скорой помощи может обеспечить оперативный доезд по вызову. Но ситуация с тех пор сильно изменилась — автомобилей в городах стало больше, появились пробки, сложнее стало заезжать во дворы домов. То есть норматив надо бы изменить в соответствии с новыми реалиями. А он остаётся прежним и даже отчасти носит рекомендательный характер», — отметил Коновал.

Если говорить о нормативах, то на экстренный вызов скорая должна приехать в течение 20 минут. По неотложной, когда жизни пациента ничего не угрожает, — в течение двух часов. Но нередко неотложку ждут и по четыре часа. И получается: скорая приезжает, а она уже не нужна.

Выход из этой ситуации один — увеличить финансирование служб скорой помощи. Часто жалуются, что в скорую врачи и фельдшера не идут работать из-за низких зарплат. А чем ещё можно привлечь людей, как не хорошими условиями труда и уважительным отношением? А какое может быть уважение, продолжил эксперт, если медиков «используют как тягловую скотину», да ещё и не платят нормально.

«Из-за нехватки бригад врачи работают без передыха. Нормальное количество вызовов на одну бригаду в смену — 10-11, если говорить о 24-часовом дежурстве. В реальности вызовов может быть от 15 до 30. И это уже стало обычной работой скорой помощи», — подчеркнул Андрей Коновал.

Да и пациенты не всегда бывают адекватными, конечно. И к ним приходится нередко выезжать на экстренные вызовы: после пьяных разборок, поножовщины случаются очень тяжёлые травмы. И часто на такие вызовы приходится выезжать одному человеку. И ведь врач может быть женщиной, а ей приходится сталкиваться с агрессивными маргиналами.

Психиатрические бригады практически полностью ликвидированы. Если и ездят, то профильных специалистов оформляют неофициально. А ведь в психиатрической бригаде должно быть три специалиста, да и фельдшеру надо быть подготовленным к разным ситуациям.

Врачи должны быть защищены законом, а за нападение на специалистов из бригад скорой помощи должна быть введена уголовная ответственность. Такие ситуации необходимо приравнять к нападениям на полицейских или представителей власти. И такой законопроект Минздрав вносил на рассмотрение Госдумы, рассказал эксперт. Однако депутаты решили предложить собственный документ, но и он не был принят.

Медики, которые пострадали при исполнении своих служебных обязанностей, должны быть специально застрахованы, это необходимо для служб скорой помощи. Но снова всё упирается в отсутствие финансирования. А ведь серьёзные выплаты при нанесении вреда здоровью или даже жизни — это очень важно, отметил Коновал.

«Ещё один больной вопрос — это принцип финансирования скорой помощи. В отличие от других экстренных служб, от пожарных или МЧС, скорую финансируют не из принципа необходимости, а исходя из того, сколько она заработала денег. При этом тарифы бывают заметно занижены», — поделился Андрей Коновал.

Службе скорой помощи, которая на вызовы приезжает бесплатно, надо ведь приобретать и медикаменты, и ГСМ. А препараты нередко бывают очень дорогими. И все текущие расходы финансируются территориальной программой ОМС, в которой определены тарифы на услуги. Муниципалитет или областные власти не могут сами что-то взять и выделить скорой помощи: это запрещено законодательством. Так что в конечном итоге скорая оказывается практически без денег.

Огромной проблемой для служб скорой помощи является изношенный автопарк. Уж он-то точно должен финансироваться не из программы ОМС, а из бюджета, прежде всего регионального.

«Именно поэтому наш профсоюз считает, что необходимо отказаться от «псевдостраховой» модели здравоохранения, а возвращаться к бюджетной, как во многих странах Запада. И в отношении службы скорой помощи это надо сделать безотлагательно», — заключил Андрей Коновал.

С другой стороны, работу врачей скорой помощи стараются сделать более эффективной за счёт административных мер. Например, сегодня источники сообщали, что за фельдшерами будут наблюдать в режиме онлайн — через городские камеры, чтобы оценить их маршрут и качество оказываемой помощи. Впрочем, официально информация пока не подтверждается.

А в конце января обсуждали ещё одно московское решение. В средствах массовой информации тиражировали рекомендации делать всё возможное, чтобы больной отказывался от госпитализации. Однако эта информация, преподнесённая со ссылкой на источники в СМИ, оказалась не совсем верна. Мера, по всей видимости, была предпринята как раз для того, чтобы разгрузить бригады. Врач скорой медицинской помощи Михаил Каневский в комментарии Царьграду разложил по полочкам, почему гражданам не стоит паниковать из-за новости о самостоятельном обращении в больницу. По его словам, ситуация такова, что больному не обязательно пользоваться вызовом скорой, если он в состоянии при экстренной ситуации обратиться сам в клинику.

«Во многих случаях скорой помощи нужны только колёса, машина нужна. Что на машине будет написано — «жигули», «мерседес» или «скорая помощь», — это уже дело десятое», — отметил он.

В данном контексте важно понимать, что медики, «отговорившие» больного от госпитализации, «будут крайними» в случае возможного ЧП с больным. Он обратил внимание на содержание двух документов, по принципам которых работает скорая. В частности, отметил Каневский, всем больным, пострадавшим с нозологиями, которые по алгоритмам должны быть эвакуированы, должна быть предложена медицинская эвакуация (госпитализация). При этом медперсонал также должен рекомендовать самостоятельно обратиться для консультаций к узким специалистам, проведения допанализов.

«Все нозологии, которых нет в алгоритмах, на ваше усмотрение — госпитализировать или нет», — процитировал он.

По словам специалиста, травмпункты и поликлиники должны постоянно напоминать врачам о приказе №56 от 02.02.2017 «О совершенствовании учёта коечного фонда и развития электронного взаимодействия между скорой помощью НИИ Пучкова и медицинскими организациями». В данном приказе чётко прописано, что «пациенты могут самостоятельно обращаться в приёмное отделение стационара без каких-либо направлений, документов, или пациенты могут направляться по экстренным, неотложным показаниям с направлением поликлиник, женских консультаций, диагностических центров и прочих учреждений, кроме скорой помощи, самостоятельно».

Фактически, пояснял врач, ситуация заключается в том, что больные, если они могут добраться до больницы без помощи медиков скорой, состояние здоровья им позволяет, а также, к примеру, у них есть личное авто, то карета скорой, по сути, не нужна. Кроме того, отметил Каневский, у специалистов есть инструкция, согласно которой пациентам в случае конфликтных ситуаций показаний для медицинской эвакуации нет. Настрой больного на госпитализацию, угроза жалоб — это не показание для медицинской эвакуации. При этом, уточняет медик, если придёт жалоба, «тебя обвинят в том, что ты не нашёл общего языка с больным». Фактически, подытожил эксперт, есть ситуации, когда больные сами могут доехать до больницы.

«Многие почему-то считают, что если привезёт бригада скорой помощи, то больных в больнице примут без очереди. Ничего подобного, врач один — терапевт, хирург, травматолог, нейрохирург. И если будет 3-4 человека сидеть, то больной тоже будет сидеть в очереди, несмотря на то что он был привезён скорой помощью», — констатировал он.

Как бы там ни было, попытки найти решение проблемы предпринимаются, но, как показывает статистика, не всегда это удаётся.

Loading...