Марек Хальтер: «Я дарил цветы Сталину, после этого ничего не страшно»

Марек Хальтер: «Я дарил цветы Сталину, после этого ничего не страшно»

01.04.2019 Выкл. Автор Алексей

Писатель Марек Хальтер известен в широких кругах как Человек мира. Он организовывал секретные переговоры в Осло, приведшие в 1993 году к историческому соглашению между Израилем и Палестиной, и встречался со многими мировыми лидерами. В интервью Царьграду президент Французских университетских колледжей в Москве и Санкт-Петербурге рассказал, каким видит будущее отношений России и Европы, возможна ли Третья мировая война, и кого он считает героем XXI века

Царьград: Хочу начать разговор с вашей встречи с Иосифом Сталиным. Какое впечатление на вас произвёл советский вождь?

Марек Хальтер: Для меня это было разочарование. Потому что после войны Сталин был героем. Этот человек выиграл войну. Человек Сталинграда. Красная Армия была уже в Берлине. Так что его портреты были на всех вокзалах, во всех школах, на всех площадях. Меня, 10-летнего ребёнка, послали с пионерами Узбекистана подарить ему цветы в Москве. И я думал, что увижу большого человека – прекрасного, молодого, как на портретах. А увидел обычного человека. Он был не такой большой. Его лицо не было гладким, как на картинах. И я почувствовал запах табака. Это был страшный эффект, так что я сделал два шага назад. Я должен был сделать два шага к нему, а поступил наоборот.

Он подошёл ко мне и сказал: «Хороший мальчик». Для меня это был шок, который потом мне помогал всю жизнь, особенно когда я видел президентов Франции, США, Египта, Израиля, России – Ельцина, Горбачёва и Путина. И я не думал, что они лучше меня – это были такие же люди, красивые и некрасивые. Они дошли до славы. Мне было нужно их увидеть, и я с ними говорил, как с обычными людьми. Я думаю, что это мне помогло в жизни. Люди меня спрашивают: как ты познакомился с Садатом и Арафатом? Я говорю – это нормальные люди. Я уже дарил цветы Сталину, после этого мне ничего не страшно.

Ц.: Вы очень любите Россию. Что именно вам нравится в нашей стране?

М.Х.: Россия спасла мне жизнь. Я родился в Варшаве. Германцы хотели меня убить, и единственная граница, которая была открыта для меня и моих родителей, была границей Советского Союза. Я многому научился в России. Первое – культура. В «Братьях Карамазовых» Алёша спрашивает Ивана: «Эти мои соседи, они мне не нравятся, я могу им это сказать?». Иван ему отвечает: «Ты можешь сказать людям всё, но раньше ты должен сказать им, что их любишь». И это для меня было очень важно.

Я никогда не был в школе, я учился на улицах. Так что я понял, что человеку можно сказать всё, но сначала – то, что мы его любим, что он наш брат. Мне нравится русская музыка, песни, язык. Мне было 4 года, когда мы приехали в Россию, а когда уезжали в Польшу – 10 лет. Эти шесть лет были самыми важными в моей жизни. И до сегодняшнего дня для меня Россия – одна из моих родин. В Польше я родился. Я не просил никого, чтобы родиться в Варшаве. Франция для меня тоже важна – здесь я получил мой первый паспорт. Я читаю и пишу на французском языке. Но всё-таки после Франции мне близка Россия. Я люблю русских.

Загрузка...

Ц.: Вы говорили, что без России Европа немыслима. Но сейчас мы видим, что между Россией и ЕС сохраняется противостояние из-за Украины, вводятся санкции. Как вы думаете, стоит ли ожидать потепления в отношениях между Россией и Европой? И есть ли у вас какой-то рецепт для решения этого конфликта?

М.Х.: Мы сделали в начале большую ошибку. Я говорю о европейцах. Тот человек, который мечтал построить Европу, – Жан Моне – говорил мне, что нужно было организовать Европу не на экономике, а на культуре. Потому что экономика меняется, а культура – это то, что нас объединяет. Общее для нас в Европе – это Пушкин, Толстой, Шекспир, Гёте, Гюго. Это и есть общность. Это Циолковский, это Шопен. Россия – часть Европы. Без русской культуры нет культуры европейской.

Я всегда думал, что для французов самый лучший друг в этой части мира – это Россия. А наши президенты до сегодняшнего дня это не поняли. Понял только один.

Ц.: Жак Ширак?

М.Х.: Да. Он мне рассказывал, что ребёнком хотел учить русский язык. Он просил свою маму найти ему профессора, и она это сделала. Месяц спустя он понял, что профессор был сербом и учил Ширака сербскому языку. Это был человек без работы. Другие президенты не поняли, что Россия – самая большая страна в мире, где любят Францию.

Ж. Ширак

У Франции – прекрасная культура, но это маленькая страна, всё-таки 70 миллионов жителей. В нас, во Франции, тоже есть проблема. Мы любим читать лекции о морали другим странам. Это некрасиво. Я думаю, что после выборов в Европарламент я буду обедать вместе с нашим президентом, и я скажу ему об этом.

Ц.: После выборов в Европарламент можно будет надеяться на улучшение отношений между Россией и ЕС?

М.Х.: Думаю, что да. Мы также должны подумать об организации культурных встреч. Потому что если мы начинаем говорить об Украине, о Крыме – это труднее, так как в Европе есть страны, близкие к Украине, такие как Польша и Чехия. Я думаю, что можно и нужно показать силу русской культуры в Европарламенте. Есть прекрасные писатели – Людмила Улицкая, Венедикт Ерофеев и другие. Но мы не очень хорошо их знаем, поэтому я сделал так, чтобы Улицкая получила во Франции премию.

Ц.: В своё время вы принимали участие в палестино-израильских переговорах. Вы, наверное, и сейчас следите за ситуацией в Палестине. Можно ли решить эту проблему, когда президент США заведомо занимает одностороннюю политику: признаёт Иерусалим столицей Израиля, а Голанские высоты – частью еврейского государства?

М.Х.: Это хороший вопрос. Здесь всё поменялось. Ясир Арафат, который встречался с Рабином и Пересом у меня дома в Париже, – они были рациональными людьми. Они все были марксистами, учились в университете Патриса Лумумбы в Москве. Сегодня идеологий уже нет, на их место пришли религии. А с разными религиями очень тяжело прийти к общему решению. Поэтому я верю, что будущее – за женщинами. Я готовлю марш 150 тысяч еврейских и 150 тысяч палестинских женщин в Иерусалиме. Это моя мечта, но на это нужны деньги. Этот марш будут освещать 52 телеканала. У меня уже есть список. Они приедут и покажут всему миру, что происходит. Это может стать революцией. Мы уже провели такой марш в Ирландии.

Ц.: А на Украине не планируете?

М.Х.: Это прекрасная идея – организовать марш русских и украинских женщин. Всё-таки они говорят на одном языке. Гоголь, хоть и был украинцем, но всё-таки писал на русском. И Прокофьев писал и говорил, что он русский.

Ц.: Вы долгое время жили в Казахстане, встречались с Нурсултаном Назарбаевым, вы более-менее с ним знакомы. Как вы расцениваете его решение уйти с поста президента?

М.Х.: Я думаю, что он умный человек. Назарбаев понял, что мир меняется, что 70% общества в Казахстане – это молодые люди. У них есть интернет, они знают, что происходит в мире. И если бы он сидел на месте президента ещё пять лет, случилась бы революция. Не потому, что люди недовольны им. А потому, что люди хотят смену. Они не могут видеть всё время одно и то же лицо. Назарбаев во власти всё-таки 40 лет, он умный человек и поступил правильно. Он увидел, что происходит в Алжире.

Н. Назарбаев

Ц.: Получается, Назарбаев не хотел оказаться на месте Бутефлики?

М.Х.: Да. Бутефлика – страшный человек. Я не понимаю, почему его друзья ждали столько времени, чтобы понять, что человек, находящийся у власти, должен найти момент сказать своему народу «До свидания». Назарбаев это понял.

Ц.: В СМИ часто пишут о реальности третьей мировой войны. Даже Путин во время большой пресс-конференции говорил, что не нужно принижать эту возможность. На ваш взгляд, как лидера пацифистского движения, насколько она реальна?

М.Х.: Я не верю, что сейчас она может начаться. Может быть, через 50 или 100 лет. Но не сегодня. Почему? Потому что мир изменился. Сейчас война идёт в интернете, мы можем выиграть войну с интернетом, мы можем закрыть всю экономику Китая с помощью интернета. Нам не нужно посылать самолёты и солдат. «Лицо» войны изменилось. Сейчас правят технологии. Вы знаете, что в Америке сегодня есть 142 человека, которые ждут, чтобы поехать на уик-энд на Луну. Они думают, что через 2-3 года это станет возможно. У них есть деньги, они платят за это, за поездку на уик-энд на Луну. Так что я не верю в начало третьей мировой войны.

М. Хальтер

Ц.: Заключительный вопрос. Кто из современных мировых лидеров достоин звания героя XXI века?

М.Х.: Трудно сказать. В истории есть моменты, когда рождается много лидеров, философов, писателей. Но есть и «пустые времена». На сегодняшний день большого числа лидеров нет. Нет таких людей, как Маркс, Энгельс, Кант, Вольтер. Нет тех, про кого немцы говорят, что у них есть Weltanschauung (мировоззрение – нем.). Может быть, такие лидеры будут, потому что есть много молодых, прекрасных и умных людей.

Если вы спросите на улицах Парижа о том, кто самый интересный мировой лидер, большинство скажет – Путин. Не потому, что они готовы идти с ним и согласны с ним. А потому, что этот человек делает то, что говорит. Есть Трамп, но он чудак. Для телевидения он интересный человек, каждый день делает что-то новое. Есть Меркель. Я её люблю – не потому, что она женщина, а потому, что она эдакая Mutter (мать – нем.). Меркель – это лидер с моралью.

Loading...