«Бандитский Кито»: удалось ли властям Эквадора победить уличную преступность?

«Бандитский Кито»: удалось ли властям Эквадора победить уличную преступность?

18.05.2019 Выкл. Автор Алексей

Июль 2007 года. В столице Эквадора Кито проходит необычная церемония.

С одной стороны, мэр города, городские чиновники и полицейские чины. С другой — 40 человек в мешковатых джинсах, футболках с золотистыми принтами, обильно украшенные татуировками. Некоторые прячут лица от многочисленных видеокамер под бейсболками.

По команде все они встают и громко клянутся в верности Latin Kings (англ. «Латинские короли») — одной из самых известных уличных банд.

Чиновники широко улыбаются. Эти 40 человек с сегодняшнего дня официально признаны членами «культурной группы». В течение многих лет Latin Kings считалась преступной группировкой.

Власти решили попробовать перетянуть их на свою сторону: подальше от наркотиков и перестрелок, привлечь к цивилизованной жизни, трудоустройству и, возможно, даже к политике.

Спустя несколько часов мимо группы участников церемонии проезжает машина. Из нее раздаются выстрелы. По счастью, обходится без жертв.

«Мы знаем, кто они, — говорит репортерам один из членов банды. — Их изгнали из нашей организации». Очевидно, не все члены Latin Kings были готовы сотрудничать с властями.

Загрузка...

С тех пор прошло 12 лет. Насколько удачным оказался эксперимент?

«Инки»
Сэм Андерсон — американский кинодокументалист, близко знакомый с одним из лидеров Latin Kings Антонио Фернандесом, известным своим соратникам как «Король Тон».

«Он невысокого роста, светлокожий, но полон энергии, все время движется, все время говорит, — рассказывает Сэм. — И выглядит отнюдь не угрожающе. Такой парень, с которым можно приятно провести время, совершенно не воспринимающийся как лидер одной из самых известных банд мира».

Изначально банда сформировалась в Чикаго в 1950-х для противодействия насилию на расовой почве. В те годы туда начали приезжать мигранты из Пуэрто-Рико, они изначально селились в районах с преимущественно черным населением. Противоречия двух небогатых общин нередко выходили за рамки парламентской дискуссии.

Выходцам из Латинской Америки пришлось столкнуться с уже существовавшими местными организованными бандами, и Latin Kings появились для защиты латиноамериканских иммигрантов, объясняет Сэм Андерсон.

Но не только. Банда несла и своеобразный культурный месседж: мы — латиноамериканцы, у нас своя культура, традиции, и мы должны этим гордиться.

Члены Latin Kings в Нью-Йорке

Внутри Latin Kings сложилась своя иерархия. Главарь назывался «инка», а территория была поделена на округа, где заправляли разные «племена». Со временем у них сложились свои ритуалы и визуальные символы.

Эмблемой Latin Kings стала корона, а ее пять зубцов символизируют любовь, уважение, самопожертвование, честь и повиновение. Члены банды одеваются в черное с золотом, имеют свою систему жестов, и у них даже есть свой манифест, который они называют «Библией».

«Я никогда его не видел, потому что я не член банды и не имею на это права, — объясняет Сэм Андерсон. — В этом есть что-то мистическое и почти религиозное. Этот манифест — смесь религии и кодекса чести. А идеал для члена Latin Kings — это тот, кто способен взглянуть поверх барьеров расы и пола, и полагает всех людей равными друг другу. Главная идея в том, что мы не должны сражаться друг с другом, а все вместе бороться против угнетения».

Следовать этому возвышенному идеалу в жизни оказалось непросто.

Latin Kings быстро эволюционировали в криминальную структуру и занялись торговлей наркотиками, вымогательством и проституцией. К 90-м годам у банды сложилась устойчивая и отнюдь не лестная репутация.

Latin Kings разделились на две фракции: одна в Чикаго и одна в Нью-Йорке — под руководством печально известного Луиса Фелипе по кличке «Король-кровь». Он не выпускал из рук бразды правления, даже оказавшись в тюрьме в 1990 году.

Latin Kings были не единственной бандой, причинявшей головную боль американской правоохранительной системе. За уличные группировки взялись всерьез: о новой инициативе помощи пострадавшим от насилия и особенно разборок между бандами объявил президент США Билл Клинтон.

Помимо усиления полицейского присутствия на улицах американских городов и других полицейских мер, был принят закон, существенно упростивший процедуру депортации преступников.

«Король-реформатор»
Под усилившимся давлением со стороны полиции в банде наметился вакуум власти. Он породил нового лидера Latin Kings — «Короля Тона».

Тон провозгласил реформы в банде. Он собирал под одной крышей по несколько тысяч членов Latin Kings и проповедовал им свою концепцию реформ.

Давайте бороться против несправедливости без поджогов и битья окон, говорил он, давайте сделаем так, чтобы нас воспринимали не как плохих парней, а как нормальных людей.

Такой постановке вопроса удивились не только коллеги Тона по бандитскому ремеслу, но и чиновники в полиции и министерстве юстиции.

Однако некоторые члены банды действительно стали пробовать участвовать в жизни своих общин, посещали местные общественные мероприятия, отправляли молодых участников банды в школы и поощряли хорошие оценки.

Затем в мае 1998 года «Король-реформатор» попал в объектив камеры торгующим героином и незамедлительно отправился в тюрьму.

Разумеется, все начатые им реформы прекратились, банда вновь практически распалась на составляющие ее «племена», и в такой форме существует и сегодня.

Latin Kings открыли для себя новые страны и территории. Отчасти — благодаря жесткой депортационной политике американских властей.

«Сегодня в США от 40 до 50 тысяч членов банды, — говорит Сэм Андерсон. — Но они представлены и в Мексике, Эквадоре, Гондурасе, Сальвадоре, Испании. На днях к своему изумлению я видел сообщение об аресте двух членов Latin Kings в Индии».

За десятилетия Latin Kings приобрели репутацию страшной банды, хотя и выросли из группировки по защите прав латиноамериканцев.

Несмотря на определенные сдвиги в отношениях банды с правоохранительными органами и властью в целом, США продолжают проводить в отношении организованных банд свою политику нулевой толерантности.

В Эквадоре попробовали поступить строго наоборот.

Не можешь бороться — возглавь?
12 лет назад Алехандра дель Гада работала в правительстве Эквадора и отвечала за работу с молодежью.

Она вспоминает, что в Кито Latin Kings просто ненавидели. Что бы ни случилось в городе, виноватыми назначали членов банды, которых в Кито насчитывалось несколько тысяч.

Городские власти решили поменять свое собственное отношение к бандам.

Идея привлекла внимание Рафаэля Корреа, в то время — кандидата в президенты Эквадора. Корреа назвал ее «гражданской революцией» и взял на вооружение.

«Откушай наших блюд, мил-человек! Не пожалеешь!». Члены банды в местном ресторане

Политики и чиновники провели серию встреч с верхушкой Latin Kings и с удивлением обнаружили, что те готовы к переговорам. Алехандра дель Гада полагает, что лидеры банды увидели в этом возможность изменить образ жизни.

В 2007 году новоизбранный президент Корреа объявил, что государство Эквадор отныне признает Latin Kings культурной и общественной организацией, фактически легализовав банду.

Алехандра перешла на работу в университет Кито, где возглавила проект, призванный помочь членам банды интегрироваться в общество.

«Мы хотим сделать так, чтобы они могли найти работу, — говорит она. — Мы помогаем им получить необходимые навыки. Например, они учатся готовить. У них есть свой небольшой бизнес здесь, в университете: они поставляют еду». Другие члены банды разрабатывают дизайн футболок.

Сначала лишь немногие члены Latin Kings приняли участие в этом эксперименте, но сегодня в коридорах университета Кито их встречаешь на каждом шагу.

При этом они продолжают носить свою черно-золотую униформу, и по внешнему виду их не перепутаешь с певцами церковного хора.

Тем не менее в университете им рады, считает Алехандра, хотя поначалу их присутствие нравилось не всем.

Сегодня у Latin Kings даже есть свой офис в здании университета. Их интеграция в общество продолжается, хотя и не без проблем.

Например, традиционная культура банды не признает бюрократических правил и процедур.

Поэтому, например, когда им в офисе потребовался письменный стол, они искренне удивлялись, что существуют правила, запрещающие просто пойти в соседний кабинет и взять его оттуда.

Алехандра убеждена, что направить бывших уличных бандитов на путь истинный вполне возможно и что те члены Latin Kings, с которыми она работает, вполне искренне оставили позади свое криминальное прошлое.

Система работает?
Дэвид Бразертон в 60-е сам был членом уличной банды в Лондоне. Он вспоминает, что, хотя сам и не принимал активного участия в собственно противоправной деятельности, которой увлекались многие его приятели, общественное мнение по умолчанию втискивало его в общий (и отнюдь не лестный) стереотип «скинхеда».

Сегодня Бразертон — профессор криминологии в Колледже уголовного правосудия Джона Джея при Городском университете Нью-Йорка.

Впервые он столкнулся с деятельностью Latin Kings в начале 90-х, как раз в то время, когда «Король Тон» объявил о своей реформаторской повестке. Бразертон заинтересовался Latin Kings и познакомился с ними поближе.

Когда власти Эквадора затеяли легализацию Latin Kings, они обратились к Бразертону за советом.

Десять лет спустя он вновь приехал в Кито и ознакомился с впечатляющей статистикой министерства внутренних дел.

«Каждый год количество насильственных смертей неуклонно снижалось, — говорит он. — С примерно 20 на каждые 100 тысяч населения до 6-ти в 2016 году».

Как и Бразертон, власти Эквадора были довольны, но объяснить этот новый тренд не могли. Бразертон предположил, что легализация банд, начатая десятилетием ранее, могла принести плоды.

Плоды легализации
Поскольку правительство страны было не готово признать эту связь, настаивая, что ее трудно замерить количественно, Бразертон решил проверить свое предположение самостоятельно.

Он собрал средства на проведение исследования, в ходе которого опросил членов Latin Kings, насколько официальное признание помогло им уйти от криминального образа жизни.

Луис Энрике первым из членов банды в Кито занялся научной деятельностью — социологией

«Мы ездили по всей стране и спрашивали членов банды, изменилось ли что-нибудь в их жизни, — вспоминает Бразертон. — И все они говорили примерно одно и то же: «Да, изменилось. Мы получаем гранты, мы устраиваемся на работу, мы может носить нашу униформу, не привлекая излишнего внимания. Мы не ощущаем такого общественного неприятия, как раньше».

Изменилась жизнь и внутри самой банды. Члены Latin Kings теперь предпочитают улаживать разногласия миром, а не перестрелкой, утверждает Бразертон. Войны с конкурентами, столь распространенные в 90-х, тоже в основном остались в прошлом.

По словам полицейских, с которыми Бразертон беседовал в рамках своего исследования, число членов банды, идущих дальше по ступеням криминальной лестницы, снизилось. В частности, все меньше людей попадает под арест за связь с картелями.

«Раньше картели набирали новых членов из уличных банд, — говорит он. — Теперь этот источник постепенно иссякает, а это означает меньше конфликтов вокруг торговли наркотиками».

Дэвид Бразертон отмечает, что действия властей Эквадора во многом напоминают политику США по отношению к бандам в середине прошлого века.

Лишь в 1970-х стало принято считать уличные банды не социальной, а криминальной проблемой, требующей, соответственно, полицейских методов ее решения.

Голос скептика
Но только ли мерам социальной интеграции членов банд обязан Эквадор снижением уровня тяжких преступлений?

«Мы знаем, что обычно Latin Kings оперируют в отдельных районах города, куда лучше без необходимости не соваться, но не то чтобы это вас сильно пугало», — говорит журналист Томас Чифарди, работающий в Кито. Он считает, что угроза, которую Latin Kings представляли для общества, изначально раздувалась сверх меры.

«Мне 43 года, я живу в Кито и объездил весь Эквадор, — продолжает он. — И я ни разу не испытывал страха из-за присутствия членов уличной банды, да и не сталкивался с ними».

Чифарди считает, что легализация банды не слишком повлияла на жизнь в Эквадоре. Но как тогда объяснить снижающийся уровень убийств?

Чифарди не видит доказательств, что снижение уровня преступности как-то коррелирует с действиями властей Эквадора.

Зато оно совпало по времени с ростом экономики страны и уровня занятости — следствием высоких цен на нефть. Еще одним следствием стали более высокие бюджетные расходы на полицию.

На улице было больше полицейских, вспоминает Чифарди, и они действовали не только силовыми методами, но и активно работали с общинами.

10 лет хорошей полицейской работы не могли не принести результатов. В юридической системе также произошли реформы.

Следует также помнить, что в эти годы падение уровня убийств отмечалось и в других странах, в частности, в США, где власти как раз с бандами не заигрывают.

Чифарди считает, что, хотя политика признания Latin Kings и принесла свои плоды, объяснить ею снижение уровня убийств не получается. Совпадение не есть следствие, и в любом случае у Эквадора есть и другие заботы.

«Толпа по найму»
«Проблемы безопасности для Эквадора — это действия наркокартелей в Мексике и Колумбии, очень сильно влияющие на жизнь в нашей стране», — утверждает Чифарди.

Зацикленность властей на уличных бандах привела к тому, что серьезная организованная преступность нашла дорогу в Эквадор практически без помех.

«В прошлом году на границе с Колумбией были похищены и убиты пять гражданских лиц, трое из которых журналисты, — и пятеро военных, — напоминает он. — Вот где наша главная проблема с безопасностью».

Зачем в таком случае правительство Корреа вступило в переговоры с бандами?

Критики полагают, что влияние уличных банд в Эквадоре преувеличивается, а настоящая проблема — это наркоторговля

Чифарди считает, что это политическое решение: Рафаэль Корреа хотел увеличить число своих сторонников.

По его словам, изначально речь шла о том, что некоторые члены Latin Kings получат должности в правительстве, взамен обеспечивая полную лояльность президенту всех членов банды.

Они будут голосовать за него, а в случае протестов оппозиции будут выступать как своего рода «толпа по найму».

Для правительства Эквадора это в первую очередь был вопрос политической целесообразности, полагает журналист.

Каковы бы ни были мотивы властей, проблема уличной преступности никуда не делась. И никуда не денется, пока в стране существует нищета и высокая безработица.

Так можно ли перековать уличные банды во что-то стоящее? Можно предложить новые возможности тем, кто этого хочет. Если это лидеры банды, возможно, за ними последуют и рядовые члены.

Но этого недостаточно. Значительную роль здесь играют другие силы: политика, экономика, полиция, нищета, коррупция. Их влияние на уличную преступность гораздо выше, чем любой из программ по реинтеграции бандитов в общество.

Loading...