Россия готова подложить миллиарды под язык

Россия готова подложить миллиарды под язык

01.06.2019 Выкл. Автор Алексей

В Кремле полагают, что так наша страна быстрее сформирует могучую «мягкую силу»

Россия удвоит траты на распространение и продвижение русского языка в мире. Об этом, как пишут «Известия», говорится в документах Министерства просвещения.

Сообщается, что в период с 2019 по 2025 год на эти цели Москва потратит 7,4 миллиарда рублей. Как следует из документа, за шесть лет Минпросвещения РФ рассчитывает значительно увеличить в мире число русскоговорящих.

Так, охват учащихся, прошедших онлайн-обучение русскому языку, к 2025 году должен вырасти в четыре раза. Кроме того, программа предполагает и почти трехкратное увеличение прямого участия иностранных граждан в запланированных мероприятиях. Планируется, что за шесть лет будет создано более 70 новых центров по продвижению русского языка в различных странах.

В рамках новой программы также планируется поддержка изучения русского языка в Сети, в русских школах за границей, а также — отбор иностранцев для обучения в российских вузах, курсах повышения квалификации, выпуск учебников и словарей.

— Русский язык, безусловно, является важнейшей частью «мягкой силы» России, — уверен член бюро президиума партии «Родина», директор Института свободы Федор Бирюков. — Язык определяет сознание, служит культурно-цивилизационным плацдармом. Поэтому-то антироссийские силы за рубежом так яростно сопротивляются влиянию русского языка на свои населения.

Русский язык объединяет народы постсоветского пространства, возвращают их на культурную Родину.

Загрузка...

Разумеется, российское государство должно всесторонне и максимально активно продвигать русский язык и российскую культуру за границей. Но делать это надо нетривиально, ярко, создавая не архаично-музейный, а живой современный и привлекательный образ России. С этой задачей наши чиновники явно не справляются. И выделяемые деньги тратятся практически впустую. Причина — в формальном, бюрократическом подходе. Работают для «галочки», да и только.

Пока что популяризация русского языка и России как цивилизации происходит в большей степени по инициативе самих заинтересованных иностранцев. В частности — молодёжи.

Например, в Турции есть лево-патриотическая партия Vatan. Среди ее юных членов очень распространено изучение русского языка, нашей культуры и истории. Во многом это объясняется буквально словами Маяковского: «Я русский бы выучил только за то, что им разговаривал Ленин».

В Россию едут учиться и студенты из стран Ближнего Востока, из Ирака, к примеру. Они охотно и очень успешно овладевают русским. Отчасти это стимулируется мощными антиамериканскими настроениями этих людей.

А вот на Балканах, как ни парадоксально, уровень знания русского среди молодежи уже сильно сократился. Так же — и в Восточной Европе в целом. Там активно работают западноевропейские и американские центры. А Россия, напротив, почти не присутствует. Почему? Вопрос к нашим чиновникам, отвечающим за «русофильское» направление.

Аналогичным образом бюрократы давно провалили такую работу на Украине и в Прибалтике. Сейчас проваливают Белоруссию, Казахстан и другие — даже официально союзнические! — страны.

Это сложная работа? Да, но и деньги ведь выделяются не в качестве бонусов для чиновников, а на эффективные мероприятия.

К примеру, вместо локальных обучающих центров надо создавать повсеместную сеть русских библиотек за границей. Куда иностранцы могли бы спокойно заходить и читать книги — как в переводах, так и в оригинале. Плюс — русскоязычная пресса, фильмы и т. д.

Также необходимо налаживать активное сотрудничество с патриотическими зарубежными силами, симпатизирующими России, создавать «прорусское» иностранное лобби.

— Продвижение русского языка можно считать «мягкой силой» только в тех странах, где вопрос языка политизирован, — считает политический аналитик Фонда развития институтов гражданского общества «Народная Дипломатия» Евгений Валяев. — В тех странах, где пытаются отказаться от русского языка в рамках процессов нацстроительства и насильственно продвигают титульные языки. Навязывая их, в том числе, и русскоязычному населению. К таким странам можно отнести Прибалтику, Украину, Грузию. И, вероятно, уже совсем скоро — Белоруссию. Это если мы говорим только о постсоветском пространстве.

Но в этом контексте нужно говорить и о «жесткой» силе. Россия имеет большое влияние на многих своих партнеров по постсоветскому пространству. Состояние русского языка там нужно привязывать к экономическому сотрудничеству с такими странами. Россия должна требовать, чтобы наши партнеры включали русский язык в перечень обязательных для изучения в школах, наделяли его официальным и государственным статусом.

Если какая-то страна поставила себе цель убрать русский язык из обращения, то никакая «мягкая сила» нам не поможет. Сегодня только в Киргизии русский язык имеет статус официального в соответствии с конституцией. Подобный статус было бы хорошо закрепить в Узбекистане и Таджикистане.

Названные государства являются крупными экономическими и политическими партнерами России. Почему Москва должна поддерживать русский язык в этих странах лишь за счет культурных программ?

Давление на русский язык происходит в Казахстане и Белоруссии. Россия не должна закрывать на это глаза.

«СП»: — 7,4 миллиарда рублей это много?

— Какие бы деньги ни выделяли на продвижение русского языка, это существенно не увеличит число русскоговорящих. Но его можно увеличить, если сама страна-партнер готова продвигать русский язык на официальном уровне. Только системный подход и системное продвижение языка может поддерживать на нынешнем уровне число носителей русского языка.

«СП»: — В каких странах, по-вашему, Москве необходимо развивать новую программу?

— Продвигать русский язык с помощью различных программ необходимо в странах дальнего зарубежья. Там в рамках изучения русского языка как иностранного можно работать с тем небольшим числом студентов и школьников, кто заинтересован в изучении нашей культуры. Но называть это «мягкой силой» не совсем корректно. Потому что даже повсеместное увлечение русским языком в определенных странах не обязательно даст результаты, видимые в политическом процессе. А именно в этом заключается суть «мягкой силы» — когда культурная экспансия начинает влиять на геополитические расклады.

Вы же видите, насколько статус английского языка в России и вестернизированный вектор нашей поп-культуры влияют не развитие отношений с Великобританией и США. На дипломатическом уровне наши отношения сегодня крайне негативны. И на это никак не влияет, что Россия в школе изучает английский, а наши люди смотрят «Игру престолов».

«Мягкая сила», в первую очередь, должна влиять на политику. Этого в современном глобальном мире уже не происходит. Культурное взаимодействие не обязательно влияет на политические и дипломатические связи между странами. В итоге мы приходим к тому, что эффективность «мягкой силы» под большим вопросом.

Для продвижения языка и культуры, возможно, стоит отказаться от этого термина. Работа над улучшением имиджа за рубежом, межкультурный обмен, продвижение русского языка и русской культуры — это одно, а «мягкая сила» как средство продвижения политической воли за рубежом — другое.

В России многие НКО, заявляя о продвижении интересов России за рубежом посредством «мягкой силы», претендуют на грантовую поддержку Москвы. Так как «мягкая сила» — это всего лишь недоказанная теория, то и спонсировать подобные программы нет необходимости. Цели и задачи у таких организаций должны быть более конкретными. Зачастую, если кто-то говорит о «мягкой силе», то речь идет о банальной растрате денежных средств.

Как показали выборы в США и последовавший там скандал, влиять на политику сегодня можно путем современных средств коммуникации и без «мягкой силы». «Мягкая сила» — это, во многом, лицемерная политика.

При Дональде Трампе лицемерия в действиях американцев стало меньше. Трамп, не особо стесняясь, заявляет о своих целях на международной арене. Для примера можно взять ситуацию с Венесуэлой. Там кто-то использует «мягкую силу»? Нет. Действуют жестко и прямолинейно.

Сегодняшний переходной этап в международной политике характеризуется тем, что старые правила уже не работают, а новые ещё не выработаны. Дипломатия и «мягкая сила» отходят на второй план. На первом плане — военная сила, разведка, решительность, стремление строить заборы и вводить санкции.

— Мне это напоминает какой-то карго-культ, — комментирует сообщение главный редактор портала ФОРУМ. мск Анатолий Баранов. —Да, весь мир говорит на английском языке. Но это связано не с особенностями самого языка, а с той ролью, которую играет англо-саксонский мир на планете.

Из стран «большой семерки» три — англоговорящие (США, Британия, Канада). А есть еще Австралия, Новая Зеландия и ЮАР. Есть Япония и Индия, где английский фактически — второй государственный.

Ну и еще целый ряд стран. Таких, как Израиль или Ирландия, где по-английски говорят все. Возьмем вес всех этих стран в экономических процессах, в производстве, в культуре…

А нам зачем? Понятно, что поддерживать русский язык в СНГ и странах Восточной Европы, где он был распространен, имеет смысл. А дальше? Китай сейчас имеет в международной жизни вес не меньше, чем США. Но руководству КНР не приходит в голову учить весь мир китайскому языку.

«СП»: — Предыдущий проект обошелся РФ в 3,7 миллиарда рублей. Есть результаты? Число русскоговорящих в мире в последние пять лет остается на уровне 300 млн человек и существенно не меняется…

— Здесь тот же вопрос — зачем? На этот раз — зачем учить язык людям, не живущим в России? Кто-то из этих 300 миллионов является и без того носителем русского языка. Кто-то нуждается в русском языке по роду своих занятий. Вот 300 миллионов человек — это и есть доля России в мировом культурно-историческом процессе. То есть — 4 процента населения планеты. А доля РФ в мировом ВВП составляет чуть меньше 3.5 процентов. Так что корреляция очевидна.

Наверно, 3,7 миллиарда рублей, потраченных Россией на язык, а не на расширенное воспроизводство реальных ценностей, сыграли какую-то роль. Но бесконечно надувать лягушку не получится. Лопнет она.

«СП»: — Удвоение трат даст эффект?

— Наверно, главное целеполагание тут — личное обогащение отдельных выдающихся представителей мировой русскоговорящей общественности. Ведь точно результат в таком деле не подсчитаешь. Какой-то он, конечно будет. Вот только зачем нужен этот результат?

Лучше потратить эти деньги на обучение наших граждан иностранным языкам. И не только английскому. Тут экономический эффект окажется куда заметней.

Нам эта программа ничего не даст, только заберет. И деньги, и рабочие места.

Меня вполне устраивает, что граждане бывших советских республик приезжают к нам на работу, говоря по-русски через «пень-колода». Они сами выбрали этот путь. Помните: «Чемодан-вокзал-Саратов»?

Теперь на рынке труда в России трудовые мигранты в большинстве не в состоянии конкурировать с моими детьми по языковому признаку. Они всегда будут проигрывать.

Хотят эффективной конкуренции? Ну, пусть тратят свои деньги. И учат великий и могучий. Готов только приветствовать. А за мой счет? С какой стати?

У нас нет дефицита кадров практически ни в одной отрасли, кроме футбола и музыкального искусства. Но чтобы петь в Большом театре, итальянские теноры худо-бедно учат русский. И ничего, получается.

Наши тоже поют в Италии не по-мордовски. Незнание русского, кстати, снижает и конкурентоспособность специалистов при поиске работы в Европе. Это связано с особенностями образования — оно везде в странах СНГ хуже, чем в России.

Врача с московским дипломом берут на работу в той же Германии куда охотней, чем с дипломом ереванским или тбилисским. И учебники немецкого языка на русском куда лучше, чем на грузинском.

Надо понимать, что, готовя специалистов в наших вузах, мы не своих сторонников приобретаем в странах бывшего СССР. А конкурентов на рынке труда для наших детей.

Loading...